Как давно Вы знакомы с Валерой Бабановым? И как возникла идея
совместного восхождения?
Как у всех альпинистов, если мы из разных секций, из разных городов, то
первоначальное знакомство заочное. А потом волею случая когда-нибудь пути
пересекаются. В принципе, с Валерой Бабановым я знаком довольно давно. Заочно
очень давно, а лично мы познакомились… я даже не помню где и когда. С тех пор
периодически встречались. У каждого находились свои рассказы о восхождениях,
которые совершили, планы, мечты. Варианты совместных планов, конечно же, тоже
были, но не было либо возможности, либо времени, либо объект восхождения
кому-то не нравился. Этой весной наши планы совпали, и мы решили совершить
восхождение вдвоем.
Изначально в планах было взойти на Чо-Ойю. Это вершина на границе между Непалом
и Китаем. И поскольку мы планировали восхождение вдвоем в альпийском стиле без
кислорода, без носильщиков, ехать так далеко на короткий срок лично мне
показалось нерациональным. И я предложил совершить восхождение на две горы:
Чо-Ойю и Шиша Пангму. Ни Валера, ни я там не были. В принципе, после одной
вершины, если есть время и здоровье, на второй уже не надо акклиматизироваться.
Территориально они близко очень находятся. За два дня можно добраться спокойно.
Но из-за того, что китайцы проводят в этом году олимпийские игры, и олимпийский
огонь из Греции через Россию, через Санкт-Петербург едет в Тибет и через
вершину Эвереста в Пекин, то до середины апреля закрыли район для спортивных
экспедиций. Коммерческие экспедиции пускают, а спортивные нет. А нас это не
устраивает: на месяц тоже ехать! У нас уже билеты куплены, деваться нам некуда.
Тогда Валера предложил Дхаулагири по Западной стене. Эта вершина расположена в
районе Аннапурны. Непальская территория со всех сторон. Дхаулагири – вершина,
выделяющаяся среди остальных восьмитысячников тем, что у нее, например, с
западной стороны основание очень низко. Перепад высот от основания до вершины
получается 4 километра. И еще там есть возможность для новых маршрутов. А у нас
задача - пройти в альпийском стиле в двойке новый маршрут на восьмитысячник.
Считаете ли Вы Валерия Бабанова русским альпинистом?
Вообще как альпинист он сформировался в наших горах, в нашей альпинистской
среде. Потом уехал во Францию и там уже развил все свои качества. Он в
совершенстве окончил французскую школу гидов, единственный из русских прошел
весь путь французского гида ИНСА. Организует разные курсы для иностранцев. В
частности, я там тоже два сезона обучался. Сейчас он в Альпах работает горным
гидом. Но Валера - универсальный гид: и на гору может провести, и на лыжах
может прокатить. Очень востребован и среди иностранцев, и среди русских.
Есть ли в России на данный момент альпинисты его уровня и подобного
потенциала?
Трудно альпинистов сравнивать друг с другом. Он может быть выдающимся в чем-то,
но не нравится ему ходить на высокие горы. И он не ходит и не знает, что он
высотник. То же самое скалолазы, которые лазают по скалам, а в горы не ходят.
Но, если уж пойдут, то хорошо пройдут и в горах. Если судить формально,
конечно, Валера совершил очень много выдающихся восхождений, которые в мировые
достижения записаны на века. Такие спортсмены и в России есть. Если брать
формальные знаки различия, то он - заслуженный мастер спорта международного
класса, которого ему присвоила Российская Федерация. А на Западе он известен
как альпинист высочайшего класса, который ходит одиночными восхождениями. У
него очень много сольных восхождений. И первый Золотой Ледоруб он получил за
пик Меру, сольное восхождение (вершина 6.5 тысяч метров). Из 15 ледорубов - 4
ледоруба российских и 2 из них у Бабанова (один за сольное восхождение, а
второй ледоруб - за восхождение на Нупцзе).
Вы раньше ходили в одной команде?
Никогда. Если так рассуждать формально, то нам надо бы куда-нибудь сходить друг
с другом, познакомиться. Но я его настолько давно знаю заочно, и пересекались
мы за последние 15 лет то в Шамани, то в Альпах, Непале, Катманду, в Москве…
Выяснилось, что у нас многие взгляды на альпинизм и спорт совпадают. И подходы
к горам похожие. А раз существует некое единство мировоззрений, мне будет легко
с ним совершить восхождение, хотя я с ним в горах никогда не был. Экспедиция
достаточно длинная. У нас будет время поближе познакомиться. Хотя у меня нет
такого ощущения, что я его не знаю. В целом мы знаем, кто чего делает, кто чего
может.
Какова цель Вашего предстоящего восхождения?
Взойти на высокую вершину в двойке в альпийском стиле. Это то, что сейчас на
Западе считается эталоном современного альпинизма и то, что считается виной
русских. У нас не стоит задачи как-то выделиться. В любом деле нужен адекватный
набор средств. Обстоятельства так сложились, что мы нашли источник
финансирования и оба готовы к восхождению. Так почему бы нам не пойти!
Возможно, если у нас все получится, то на следующий год соберемся на Лхоцзе в
двойке. Там высота совершенной другая - 8.516 м. Способность работать на такой высоте имеет серьезное значение. Для того, чтобы такие запредельные цели ставить,
надо попробовать что-то. Дхаулагири высотой 8167 м – это, с одной стороны, восьмитысячник, но с другой, - не 8800, не высота Эвереста. Здесь
именно кислородная недостаточность имеет особое значение. Там совсем нечем
дышать, а здесь есть чем дышать. Но зато новый маршрут, и стена технически
сложная.
Расскажите про маршрут, стену, кто и как раньше пытался ее пройти.
На Дхаулагири есть два маршрута по краешку. В свое время в тройке прошли двое
казахов и чех. Еще один маршрут то ли чехи, то ли поляки прошли. И существует
один маршрут незаконченный.
Стена, с одной стороны, сложная, а, с другой, - очень красивая. Дхаулагири - в
переводе означает Белая гора. До 1936 года она считалась самой высокой горой в
Непале. А почему самая высокая? Потому, что там низ очень низко. Ее за сотни
километров видно. А, когда подходишь и перед тобой 8 тысяч, то она закрывает
все небо. Прекрасный вариант для альпинистов, которых влекут не только
трудности и препятствия, а еще и красота (ведь на некрасивую гору и лезть-то не
хочется). С Западной стороны мы хотим проложить новый маршрут. Логичных
вариантов там очень много. Конкретно где мы полезем, пока еще не решили. На
месте будем смотреть. Почему с Западной? Ведь там еще есть и Южная стена, и
Северная. Южная стена - тоже достойный объект, но там, когда наступает теплое
время года, не очень безопасно, камни летят. Все-таки горы стояли и стоять
будут. И хочется в них ездить тогда, когда ты захочешь, а не один раз в жизни и
забыть. Поэтому мы выбрали Западный склон, где есть простор для творчества, просто
красивая гора и очень хорошая компания.
Вам не кажется, что Вы более опытный высотник, чем Валера?
Это только кажется. Валера - опытный высотник. Его высота - это 8516 м (Лходзе). Ну и что, что я опытен, а он, зато, моложе, восстанавливается быстрее. Он лезет
лучше, я думаю. Если сравнивать конкретные альпинистские качества, то где-то он
мне проигрывает, а где-то 100% выигрывает. Поэтому я считаю, что в нашем
восхождении мы будем друг друга дополнять. Конечно, скальная подготовка играет
большую роль в альпинизме, но на высоте эти качества быстро выравниваются. Я не
сомневаюсь в его высотных качествах.
Как Вы думаете, почему у Бабанова так часто меняются напарники?
Не у него одного. На самом деле, это большая удача и большое счастье найти себе
напарника, которому ты можешь верить как самому себе. В идеале это должны быть
два близнеца с абсолютно одинаковыми показателями. Но с другой стороны, тут
нужна и разница в характерах потому, что с одним темпераментом и взглядом на
жизнь трудно два месяца жить в одной палатке. С точки зрения спортивной,
альпинистской, нужно абсолютное доверие друг к другу. Когда большая команда,
все проще. Если кто-то заболеет, то его спустили вниз, - а команда
перегруппируется и продолжает работать. А в восхождениях малой группой ценность
каждого участника очень высока: кто-то один выпадает, и все восхождение
ставится на грань возможности. Ценность каждого участника очень высока, а найти
его на самом деле трудно. Кроме того, у каждого человека есть свои планы…
Что Вас привлекает в стенных восхождениях?
Техническая сложность. Большая высота - задача особенная и сложная. Здесь не
работают многие подходы.
Сроки проекта, поддержка.
Я прилетаю в Катманду 14 марта, Валера из Шамани - 15. Пару дней будем заняты
организационными делами, а потом начинаем движение к горе. Обратно у меня
сейчас билеты на 6 мая, но планируем сдвинуть на числа 20-е. Фактор погоды
играет особую роль. Поэтому два месяца - это время, которое необходимо для
того, чтобы у нас все сложилось.
По поводу поддержки… Кто спонсирует Валеру, я не знаю. А меня спонсируют две
фирмы: Максидом и Орими Трейд (компания, которая занимается производством и
продажей чая в России). С точки зрения экипировки, я буду в экспедиции
пользоваться снаряжением фирмы Red Fox потому, что с К2 у меня еще осталось
много. Оно вполне еще боеспособно и вполне удовлетворяет тем условиям, которые
будут на Дхаулагири. То снаряжение, что было сделано для экспедиции на К2, и
сейчас еще одно из лучших в мире.
Будут ли одновременно с Вами на той же стене команды?
На классическом маршруте кто-то будет. Но это с другой стороны (классика - это
северо-восток, это заход из другой долины) будет ли кто-нибудь, пока не знаю.
Когда мы в Катманду приедем, то в Министерстве туризма узнаем. Может, и одни будем.
У нас в базовом лагере будет повар местный. Больше никого: никаких
«киношников», врачей, помощников, наблюдателей. Это один из факторов, почему
всегда возникает проблема с выбором напарника. Если что, то никто тебя не
спасет. Никакая страховка.
Как вы думаете, что станет самым сложным в экспедиции?
Самым сложным станет определить время, когда нам выходить. Самый сложный момент
обозначить время старта потому, что здесь очень много факторов, которые тебе
неизвестны, но которые нужно принимать во внимание: прогноз погоды, интуиция…
Если зашел на гору, там все просто. А выбор оптимального времени для старта –
самое сложное.
Как Вы оцениваете маршрут и Ваши силы?
Это маршрут 6Б категории сложности. По меркам сложности, это высшая категория.
Это большая высота и сложный рельеф, большая протяженность.
А наши возможности… Я считаю, что мы готовы. Здесь большую роль играют
моральные факторы. Если ты тренированный, у тебя должна созреть внутренняя
решимость. А вообще, конечно, никогда не можешь сказать что «да, мы готовы на
100%». Просто надо еще приехать туда, потренироваться, акклиматизироваться.
Сейчас для меня самая большая беда - это подхватить грипп в закромах нашего
города. Если ты с простудой и соплями приезжаешь в горы, то хочешь-не хочешь, а
выпадаешь из плана акклиматизации.
Беда еще в том, что можно тренироваться так, что на пик формы ты выйдешь
раньше, чем это надо. А спортсмен на пике формы подвержен всяким «мелким
пакостям»: простудам, насморкам, респираторным инфекциям. В высоких горах лучше
приехать слегка недотренированным, но без всяких проблем. Тогда есть время
адаптироваться и подготовиться.
Интервью
журнала РИСК с Валерием Бабановым
